|
|
|
оставить сообщение
Страница 1
| |
Тикунова |
2008-12-22 |
|
| |
ЗАКЛИНАНИЕ |
|
|
| |
О, Сим-Сим! Ты сменил
Все замки на дверях,
Ты имя сменил и ушёл,
Бряцая связкой ключей,
Шпорами, шпагой,
Подковами лошади, голову потерявшей,
Последним трамваем безлюдным
И горстью последних монет,
Ложкой по краю котла раскалённого масла.
Сорок сосудов чреваты джиннами спящими,
Ждущими часа крушенья дворцов и движения гор.
Сонные губы лепечут слова заклинаний,
Мольбы о пощаде, победе, свободе…
Сердце цыплёнком стучит,
Содрогаются стенки сосудов,
Полночь оглохла от крика:
«Сим-Сим! Отвори!»
|
|
|
|
|
| |
Эссе Риты |
2008-12-19 |
|
| |
http://topos.ru/article/6533 |
|
|
| |
Ученики называли ее серьезно и строго – Ольга Борисовна, и с ними она была сдержанна и величава как императрица. Правильно Бавильский сказал: «она превратила в трон инвалидное кресло». Прикорнувший за столом птенец литературного гнезда «Мусагет» видел лишь голову Ольги Борисовны с большими глазами, большими очками, и ее изящную блузку – все остальное скрывалось.
В помещении литературного объединения на улице Абая в Алма-Ате всегда было много людей: на подоконнике цвели цветы, на книжных полках красовались книги Императрицы, журналы «Аполлинарий», Платонов, Набоков, допустим, казахские классики; тут же кто-то размышлял над новой поэмой, кто-то ждал очереди у компьютера, кто-то грыз ногти, кто-то пытался повесить на стену вручную сплетенный ковер.
Вдруг раздавалось движение-шевеление, и ученики в паническом благоговении вытекали из комнаты. Дверь закрывалась. За дверью происходило никому не известное таинство. Привозили Ольгу Борисовну, и пока ее пересаживали с коляски на стул, никто не имел права открывать дверь.
Чем ближе к ней были люди – тем больше она от них отстранялась.
«Мусагетовцы» остерегались погладить ее по голове, взять ее руку в свою, сказать просто «Оля». Критик Бавильский был в Москве – далеко от Алма-Аты, и поэтому, в письмах, обращениях к «Оле» – намного ближе. Я – в Сан-Франциско, на другом конце земного шара, куда надо лететь британской «Астаной» и потом еще сто раз менять рейсы и чертыхаться, и разминать рога и ноги c долгой дороги..
Тем, кто территориально был дальше, позволялось несоблюдение жестких дистанций. Можно было называть «дорогая», можно было писать просто «Оля» вместо имени-отчества, а Бавильский так сразу начал называть Императрицу на «ты».
C ближними Императрица была неприступна, cобранна, велеречива.
Пишущая машинка стучала, компьютерные пешки и клавиши отправляли послания в разные страны; гонцы привозили известия из финансировавшего «Мусагет» нидерландского фонда; солдаты литературы отправлялись в казахский аул и оттуда привозили слуг пера и добра (читай – участников ведомых и подведомственных Ольге Борисовне литсеминаров).
Императрица была всегда безупречно одета и доброжелательна. Ровна и радушна.
Но чем дальше ты был/была от нее, тем больше она тебе себя раскрывала.
«Нахожусь в тщательно скрываемой от всех депрессии», «в Казахстане просто по закону инвалиды не имеют права получить медстраховку», «мой престарелый папа вывез меня на улицу, но колесо угодило в колдобину и мы с папой упали», «на меня недавно случайно опрокинули котелок с кипятком и теперь я как дракон, чешуя вся облезла», «глаза не видят, но к глазному врачу на третий этаж мне не въехать, лифта там нет», «один выход – оказаться за рубежом, здесь я не выживу».
Императрица все о себе знала, но от ближнего окруженья скрывала. И плохое настроение, и неуверенность, и то, что «каждый поход к врачу и для меня, и для родителей – мука. Каждое посещение клиники – борьба не на жизнь, а на смерть». Цитирую не дословно, а по памяти, письма. На вопрос «Что Вы сейчас пишете, Ольга?» она отвечает: «Просто немыслимо сейчас обнародовать это, может быть, только когда я умру». «В Париже помчалась на встречу с сотрудником ‘Галлимара’, чтобы он смог нас всех издать, но опоздала. Ни одно такси не останавливалось, никто не хотел брать человека в инвалидной коляске, мне так было обидно, такой досадный конфуз.»
Я познакомилась с Ольгой Борисовной Марковой (литературный псевдоним «Ольга Марк») в 2000-м году.
Она прочитала в Сети мой рассказ и похвалила, а потом наши отношения стали прогрессировать с «Вы хорошо пишете» до «Вы мой любимый писатель» и, наконец, до «я хотела бы, чтобы Вы, Рита, приехали в Казахстан». И потом: «Я знала всегда, что мы увидимся, просто предчувствовала». Или: «Какая все-таки между нами существует странная и чудесная связь. Сидела перед экраном компьютера и Вас вспоминала, постоянно нажимая Refresh. И тут пришло Ваше письмо».
Я ей звонила в Алма-Ату по телефону, в 2004-м году, и голос ее звучал очень близко, хотя физически она была далеко. Мы обсуждали детали поездки.
После встречи с Ольгой в Алма-Ате я уже ей не звонила. Мне нечего ей было сказать. И сейчас мне, Ольга, Вам абсолютно нечего сообщить. Вы знаете почему? Потому что Вы всегда были такой сильной и властной, а также умеющей в других различить талант и предназначенье судьбы, что это от Вас, такой маленькой и хрупкой в своей инвалидной коляске, все всего ждали: и я сейчас жду. Жду, Ольга, что Вы наконец напишете мне о моей новой повести «Зороастрийские зеркала». Почему Вы молчите? Вы же знаете, как мне нужна Ваша поддержка. Вы всегда замечали и мой «рост», и мастерство, и вдруг, когда я прислала Вам самое главное произведение своей жизни, Вы задержались с ответом. Мы все Вам пеняем: что Вы от нас так рано ушли!
Я уверена, что, с Вашим вниманием к магии мельчайших деталей, Вы оцените следующий эпизод.
3-го декабря мне неожиданно написала давно растворившаяся в прошлом подруга из Питера, тоже по имени Ольга, и прислала мне линк. Линк был озаглавлен «Внутри себя я танцую», но это название мне ни о чем не говорило, и на линк я не кликнула. Боюсь медийных файлов и медиумов: вдруг поломают компьютер, судьбу... А 5-го декабря поверх того линка в «VKontakte» уселось сообщение от Вашего ученика: «Ольга Борисовна умерла в ночь с 4-го на 5-е декабря».
И тогда я в прострации кликнула на этот линк и поняла, что «Внутри себя я танцую» – это присланный мне фильм про двух подростков, у одного из которых – мускульная дистрофия, а у другого – церебральный паралич, и они разъезжают везде на колясках, играют в любовь и пытаются вести «нормальную жизнь».
Но Вы сами вряд ли хотите, чтобы в Вашей посмертной биографии везде раскатывала эта коляска. Ведь коляска – все же не бричка. Не какой-нибудь Гоголь. И даже не бочка Платона. Вы, Ольга Борисовна, кандидат наук и доцент, были философом и писателем. Вы хотите, чтобы Вас запомнили по Вашим текстам. И еще чуть-чуть – по культуртрегерству, и по отредактированным Вами журналам, и по ученикам. Вы знаете, что все Ваши мучения вместе с Вами канули в Лету.
Но я, Ольга, запомню Вас по Вашему неответу – Ваше молчание сейчас просто преступно, ведь кроме Вас больше некому говорить, ни у кого нет этого дара слова и дара видения человека и дара взращивать чужой талант – а еще я всегда думала, что Вы очень красивая женщина.
Вот это, пожалуй, единственное, что мне всегда хотелось сказать.
|
|
|
|
|
| |
МВ |
2008-12-19 |
|
| |
Маргарита Меклина об Ольге Борисовне |
|
|
| |
http://topos.ru/article/6533 |
|
|
| |
|
2008-12-19 |
|
| |
Инфо |
|
|
| |
40 дней со дня смерти Ольги Борисовны,
будут проходить в офисе ОФ “Мусагет”
13 января, в 14-00. |
|
|
| |
|
2008-12-12 |
|
| |
ОБМ |
|
|
| |
http://sim.kz/?p=1292#more-1292 |
|
|
| |
|
2008-12-11 |
|
| |
Инфо |
|
|
| |
Родители Ольги Борисовны выражают искреннюю благодарность Всем, кто в это трудное для фонда время оказывал помощь и поддержку. |
|
|
| |
|
2008-12-11 |
|
| |
Инфо |
|
|
| |
9 дней со дня смерти Ольги Борисовны,
будут проходить в субботу 13 декабря, в 14-00
в офисе ОФ “Мусагет”. |
|
|
| |
miss flash |
2008-12-09 |
|
| |
волонтеры и координаторы |
|
|
| |
Не хотите по старой памяти провести очередной сбор волонтеров и координаторов? Его, правда, давно не было, но традиция такая была и очень полезная.
Предлагаю где-нибудь в пятницу-субботу на этой неделе. |
|
|
| |
МВ |
2008-12-09 |
|
| |
Одно из последних интервью Ольги Борисовны |
|
|
| |
http://www.litkarta.ru/dossier/tvorchesky-inkubator/dossier_7550/
|
|
|
| |
Дина Махметова |
2008-12-09 |
|
| |
Есть предложение |
|
|
| |
– составить список людей, кто на волонтерских началах хотел бы продолжить проекты «Мусагета» и издание «Аполлинария».
Сегодня видела Сергея Алексеенка, мы обсуждали, что можно сделать, и пришли к выводу, что было бы логично для начала понять, кто поддерживает данную инициативу.
Поэтому, пожалуйста, пишите мне на почту (и укажите в письме ваше имя и фамилию – иной раз и-мейл адрес выглядит так, что совершенно невозможно догадаться, кто писал).
Параллельно будет неплохо обсудить возникающие по ходу разговора предложения.
makhmetova308(собака)yandex.ru
|
|
|
| |
Лара |
2008-12-07 |
|
| |
после |
|
|
| |
Вечная память удивительному Человеку, Ольге Борисовне Марковой.
Долгих лет Мусагету, новых свершений и новых друзей!
Закон сохранения энергии за нас, друзья, и за то дело, которое было делом Ее жизни...
|
|
|
| |
|
2008-12-06 |
|
| |
Инфо |
|
|
| |
Прощание с Ольгой Борисовной, состоится 7 декабря с 10-00 до 12-00 по адресу: проспект Абая (уг. ул. Тлендиева (бывш. С.Ковалевской) 202, кв.11.
|
|
|
| |
|
2008-12-06 |
|
| |
|
|
|
| |
Наши соболезования |
|
|
| |
|
2008-12-05 |
|
| |
|
|
|
| |
простите за все... |
|
|
| |
Ваш Расул |
2008-12-05 |
|
| |
|
|
|
| |
До свидания, Ольга Борисовна |
|
|
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
32
33
34
35
36
37
38
39
40
41
42
43
44
45
46
47
48
49
50
51
52
53
54
55
56
57
58
59
60
61
62
63
64
65
66
67
68
69
70
71
72
73
74
75
76
77
78
79
80
81
82
83
84
85
86
87
88
89
90
91
92
93
94
95
96
97
98
99
100
101
102
103
104
105
106
107
108
109
110
111
112
113
114
115
116
117
118
119
120
121
122
123
124
125
126
127
128
129
130
131
132
133
134
135
136
137
138
139
140
141
142
|
|
|
|
